Jupiter’s travels

Мы запланировали на фабрике грандиозные модификации, список на формате листа А3, но, когда пришло время забрать мотоцикл, я был уже счастлив получить хоть что-то вообще. Бастующие рабочие только что решили заблокировать управление завода, это был конец для компании «Триумф», и я думаю, что мой мотоцикл был последним, что покидал завод в очень далекой и туманной перспективе. Он был совершенно не модифицирован и так плохо собран, что пинта масла вытекла из мотора на моём пути по дороге из Ковентри. Я знал, что «триумфы» истекают маслом, но это было уже смешно.

Всего лишь бумажная прокладка соскользнула при сборке, её легко можно поставить назад. Я мог сам починить что-то, из-за чего возникла проблема. Это то, без чего британские мотоциклы не могли ездить – всего лишь чуть-чуть неприятностей. Они лишь требовали внимания и заботы, как и некоторые люди, но и воздавали вам за это.  Честные отношения.

С самого начала мы хорошо ладили друг с другом. Я думал о нас как о космической капсуле, которая могла бы путешествовать по желанию, по крайней мере, в двух измерениях, без ограничений на отели, магазины, рестораны, хорошие дороги, воду в бутылках и нарезанный хлеб. Я стремился к самодостаточности, потому что хотел путешествовать как Ливингстон, или как Колумб, как если бы со мной могло случиться всё самое немыслимое на абсолютно неведомом пути. Это должно быть путешествием всей жизни, путешествием, о котором миллионы мечтали и никогда не сделали. Я непременно хотел оправдать все мечты.

Несмотря на войны, туризм и фотографии со спутников, мир имеет всё те же размеры и формы миллионы лет. Удивительно, как много я никогда не увижу. Сейчас очень просто, совершить кругосветное путешествие. Нужно лишь заплатить много денег и просидеть в кресле сорок восемь часов, наблюдая Землю через двойные стекла иллюминатора с высоты 10000 метров.

Но познать мир, почувствовать его, потрогать своими руками; для этого нужно ползти , а не лететь. Другого пути нет.

 Нужно передвигаться по земле, напиться дождевой воды, наглотаться жуков и пыли на ходу, тогда мир будет реального размера. Мечтать нужно смелее. Я нарисовал самый длинный путь, который только смог, и это выглядело как следование намеченному курсу.

Как правило, великие наземные путешествия следовали по азиатскому маршруту на юго-восток, пока путешественник, наконец, не достигал Сингапура, где вынужден был переправляться куда угодно далее морем. Я выбрал другой путь.

Меня манила Африка, её вызов, это как то, что нельзя оставить на потом. Если бы я смог пройти Африку, то потом с уверенностью встретил бы и весь остальной мир.

Поэтому я выбрал Африку, а дальше логика подсказала остальное. Кейптаун вел, естественно, к Рио-де-Жанейро. Круизный корабль ходил по этому маршруту три раза в год, билеты продавали по очень разумным ценам, и в качестве акта веры в свой план, я забронировал место на 24 февраля 1974 года. Из Рио долгий путь в пятнадцать тысяч миль вокруг Южной Америки привел бы меня к тихоокеанскому побережью Калифорнии. А потом, через Тихий океан картина была более смазанной. Китай, как и прежде, оставался недоступен для самостоятельных путешественников на мотоциклах. Юго-Восточная Азия кипела войной во Вьетнаме, но там были ещё Япония, Австралия, Индонезия, Малайзия и Таиланд. Возвращение домой через Индию казалось мне абсолютно правильным. Это был ещё один вызов, к которому, как мне казалось, я был бы лучше подготовлен после того, как мне пришлось бы раствориться в пространствах остального Мира на какое-то время. Индия – это как Африка, только в конце.