Jupiter’s travels

Мои схватки с погодой по-прежнему напоминали реконструкцию личной борьбы в эпическом масштабе. Над широкими ландшафтами Африки под ярким тропическим солнцем толпа кучевых облаков появлялась из воздуха и незаметно трансформировалась в твердое подобие самого рока. В кристально чистом небе один из этих монстров оседлал мою дорогу впереди, разрастаясь со скоростью мили в минуту, как воздушный осьминог мифических размеров. Его основание наполнилось чернильной чернотой, уже касаясь земли блуждающими щупальцами. Оставить солнечный свет и устремиться навстречу этому исчадию с его зловонным дыханием и распираемой тушей – было так же дерзко и страшно, как бросить вызов Темной Башне. Понять рассудком, как всё это надуманно, можно, если уже боролся до изнеможения даже с более эфемерными дьяволами своего собственного изготовления. Возможно, есть люди, воспитанные в мире ясности, без иллюзий, которые ничего не видят в штормовых облаках, конвекционных потоках и природном круговороте воды. В любом случае, я бы никогда не поменялся местами ни с одним из них.

Какие только наваждения не возникали в моей жизни порой из моих же собственных посредственных начал. Те минуты спокойствия, которые я знал, стали в тысячу раз дороже за то, что они были всего лишь интерлюдиями. И это ещё не всё. Наблюдая за собой, я глубже и глубже погружался в окружающий мир, словно пробуя его сначала пальцем, потом зайдя по щиколотку, дальше по колено. Хоть я и сделан из того же материала, что и всё вокруг, мне раньше казалось, что с таким же успехом я мог бы родиться на астероиде, так неловко и неестественно было моё место в общепринятом порядке вещей. Я помню свои неуклюжие потуги по симуляции «нормальности»: завоеванию признания любым подложным предлогом и мои безрассудные предательства своей собственной природы, дабы избежать обнаружения.