Jupiter’s travels

АМЕРИКА

Земля была уже недалеко, и новый мир приближался, приглушая прежние звуки и мысли. Корабль проталкивался сквозь густой влажный воздух, обволакивавший его между океаном и небом. Верхушки свинцовых и серебряных облаков кипели в косых лучах утреннего солнца. Густое зелёное море тихо хлюпало внизу. Я стоял на мостике, ожидая появления Америки.

Возможно, я ожидал, что весь континент появится вдруг разом на горизонте в одновременной суматохе карнавалов, лам, соборов и революций. Вместо этого горизонт сгущался в темно-зелёные и коричневые пятна. Мы дрейфовали вдоль берега. Пятна растягивались, но оставались всё такими же низкими. Последняя летучая рыба налетела на волны. Я уловил это движение краем глаза и повернулся как раз вовремя, чтобы проследить за его окончанием. Мерцающие лучики света наполняли всё вокруг загадкой и надеждой, словно падающая звезда. Я совершенно не желал покидать корабль и только-то и хотел так и путешествовать дальше в мечтах, а не ждать, когда на меня вновь обрушится земля.

На берегу океана показалась линия зданий, и я разглядел два или три шпиля, прокалывающих бледное небо. Я напрочь забыл о прочей Южной Америке и начал думать о Форталезе, лежащей на северо-восточном побережье Бразилии, в четырех градусах к югу от экватора и в пятистах милях к востоку от Амазонки. Мне рассказывали о более чем миллионе жителей, но я так нигде и не нашёл тому письменного подтверждения. Я чувствовал, как вот-вот соскользну с края моего привычного мира.

К нам подошёл красный катер, и корабль замедлил ход, он пришвартовался к нам. Лоцман поднялся на борт. Полное разочарование. Он даже отдаленно не походил на латиноса. Мы повернули в порт и направились к другой части берега, где я уже мог видеть зернохранилище и несколько портовых «журавлей». Береговая линия опоясала нас, и я увидел, что корабль зашёл в широкую бухту. Единственными другими движущимся по ней плавсредствами были утлые плоты: четыре бревна, скрепленные рулем, и парус. В большинстве своем, на них было по одному – по двое маленьких босых человечков в расстегнутых рваных нейлоновых рубашках и штанах до лодыжек, покрытых заплатками и висящих сзади мешком и сужающихся ниже. Они были рыбаками, ах да, конечно же, «пескадорасами». Мимо проплывал плот, не больше других, но переполненный людьми, стоявших плечом к плечу. Даже на мой взгляд, это было невозможно, и я понял, что в этом новом мире также появились и новые законы.