Jupiter’s travels

Я становился носителем мечт для многих людей. Я собирал их как пыльцу и улетал, давая им жизнь. Но я ещё не совсем осознавал свою силу и как она была способна менять людей, я всё ещё думал, что они были именно такими, какими я их видел.

Пол впал в легкое уныние.

– Завтра ты уезжаешь, правильно? – сказал он.

– Да. Я должен ехать в Момбасу.

Он пришёл к решению: «Сегодня у тебя должна быть девушка», – сказал он и позвал ближайшую из бара. Он быстро заговорил на суахили, и она подошла к нам, хихикая и немного изображая, что протестует, бросив несколько добрых взглядов на моё ухмыляющееся лицо.

Затем последовало ещё несколько раундов Тускера, после чего Пол сказал: «Решено. Она придет».

В темноте её лица было не разглядеть. Я видел только, что она была небольшого роста и довольно толстой. Но я не волновался, потому что был уверен, что, как и прошлой ночью, страх перед великим и ужасным Мзунго отпугнет её.

Вскоре на столе не осталось места для бутылок, и пришло время остановиться. Мои друзья разбрелись, а я пошёл в свою комнату и зажег лампу. Даже в полночь было очень тепло и безветренно. К счастью, не было комаров. Я разделся догола и лег на простыню, приготовившись ко сну. Немного подумал о девушке и, хотя знал, что она не придет, и эта мысль меня, тем не менее, взволновала. Потом послышался стук в дверь. Он повторился. Я встал и стал искать что-то, чем бы прикрыть свой срам. Потом подумал: «черт с ним», в чём был подошёл к двери и осторожно приоткрыл её.

Там стояла девушка, я впустил её, и она посмотрела на меня с выражением легкого изумления. Затем она несколько раз одобрительно постучала указательным пальцем по моей «готовности». Это выдержало испытание. Я сам поражался своему поведению, и был очень собой доволен.

У девушки было красивое лицо, хотя я затруднялся сказать, насколько молодое. Она приложила палец к губам, словно прислушиваясь к звукам. Прошептала: «Мама. Я скоро вернусь», – и исчезла в ночи.

Вернувшись, она вошла прямо в комнату, сняла синее платье и села на край кровати, немного застенчиво и неуверенно. И вовсе она была не толстой. Изгиб спины подчеркивал упругую грудью спереди, а её рельефный тыл выдавал его сзади. На самом деле её тело было гибким и красивым. На ней всё ещё было какое-то белье, но вскоре оно тоже исчезло, и ещё один оплот расовых предрассудков рухнул, потому что мы, казалось, прекрасно подходили друг другу, и ничто из того, что я делал, похоже, тоже её не удивляло.

Моей первой заботой было: поцеловать её или нет, но она, похоже, этого не ждала, и я поцеловал её тело – это было приятно.

Главное препятствие было не между нами, а под нами. Простыня высвободилась и скользила по пластиковому чехлу матраса. Мы елозили взад-вперед по простыне в экстазе непредсказуемого движения. Возможно, это было похоже на занятие любовью на лыжах. Так или иначе, казалось, что рано или поздно клубок наших конечностей неизбежно сползет на пол. Несколько раз я спасал положение в миллиметре от катастрофы, но задание, тем не менее, было окончательно и успешно выполнено. Через некоторое время она встала, легонько провела рукой по моему лицу и вышла из комнаты без звука.