Jupiter’s travels

Он писал: «Мы спешим построить магический телеграф из Мэна в Техас; но Мэн и Техас, возможно, не имеют ничего важного сказать друг другу».

Если бы Торо был жив сегодня, он бы стал свидетелем, как его опасения полностью оправдались. Только что полученная новость мгновенно устаревает. Только самые банальные идеи могут успешно преодолевать великие расстояния со скоростью света. И всё, что перемещается очень далеко и очень быстро, вряд ли должно перемещаться вообще, особенно люди.

От Дар-эс-Салама до Ливингстона по шоссе «Танзам» было 1500 миль. Оно стало печально известным в 1973 году как «адское шоссе». Когда Замбия и Родезия закрыли общую границу, «Танзам» стал единственным естественным путем из Замбии к побережью. Замбии, «кровь из носу», нужно было экспортировать медь и импортировать топливо, поэтому шоссе использовалось в хвост и в гриву.

Такова была репутация этой дороги, когда я добрался до неё в местечке Мвебве. Я не питал иллюзий о том, какой будет в сезон муссонов красная грунтовка, изобилующая водителями, готовыми рисковать чем-угодно ради скорости, а значит прибыли.

Дорога, по которой я добирался до Мвебве, была не просто плохой, её реконструировали в рамках совместного проекта помощи Канады, а пока, она состояла почти сплошь из съездов к окружающим деревням. Возможно, именно поэтому все участники движения ехали не слишком быстро. Как бы то ни было, я быстро насобачился ехать в потоке, и к тому времени, как добрался до Морогоро, чувствовал себя вполне комфортно.

Какой-то местный белый подошёл, чтобы полюбоваться мотоциклом, припаркованным возле банка, где в удушающе медленном темпе я менял деньги. Как и большинство белых людей, которые решили остаться в Африке в эти смутные времена независимости, он мне сразу приглянулся. Его звали Креати. Он был итальянцем, который попал в плен во время войны в пустыне, был отправлен в лагерь в Восточной Африке, а после войны сумел остаться. Он тоже был мотоциклистом и имел мастерскую в Морогоро. Что ещё более удивительно, он недавно купил весь склад у дилера «Триумфа» в Дар-эс-Саламе, который был вынужден свернуть бизнес.

Это была поистине провидческая встреча, потому что небольшая авария разрушила мой трос спидометра. Не думаю, что здесь было важно следить за скоростью. Если ограничения и существовали, то были чисто номинальными, и, в любом случае, я определял свою скорость только по ощущениям. Но меня удручала невозможность вести записи о пройденных расстояниях. От заправки до заправки было далеко, а качество топлива было низким. Мне сказали, что октановое число может быть около семидесяти или даже меньше, и мне очень нужно было знать, каков мой расход, чтобы однажды не высохнуть в буше. На моё счастье, у Креати был один запасной тросик спидометра.

«Это будет стоить тебе сорок пять шиллингов», – предупредил он.

Конечно, я согласился. Это было дешево. Во всяком случае, при таких обстоятельствах никто не стал бы торговаться. Пока мы шли до его магазина, я рассказал ему, откуда я и куда ехал.

– Как насчет сорока шиллингов? – спросил он.

– Хорошо – сказал я.

– Я скажу тебе вот что, – сказал Креати, вручая мне запчасть, – дай мне тридцать шиллингов.